Полпредские похороны: дизайнерские пальто и разговоры о том, что "средства через банки сейчас не проходят"

9-11-2015, 07:53
Автор: mummy
Просмотров: 175
Полпредские похороны: дизайнерские пальто и разговоры о том, что «средства через банки сейчас не проходят»
Москва, Декабрь 04 (kadrovyi-centr-shans.ru, Денис Фрунзе) – Несколько часов назад на Троекуровском кладбище в Москве похоронили полномочного представителя президента РФ в Уральском Федеральном округе Петра Латышева. Сказать, что «вся страна простилась с достойным сыном» было бы преувеличением, однако несколько сотен чиновников и бизнесменов, пришли отдать последний долг покойному, проигнорировав телевизионное общение Путина с народом, начавшееся одновременно с панихидой. Среди попрощавшихся с Петром Латышевым был и корреспондент РИА «kadrovyi-centr-shans.ru» Денис Фрунзе.
В своей жизни, мне лишь раз до сегодняшнего дня приходилось быть на похоронах чиновника, когда в моем родном Мурманске прощались со скончавшимся мэром города Олегом Найденовым. Помню, пришлось два часа мокнуть под холодным дождем в огромной очереди из простых граждан, чтобы положить свои гвоздички у гроба.
Заполярного градоначальника мурманчане искренне любили за простоту и свойскость, и при жизни иначе как «наш Петрович» не называли. В отличии от тех похорон прощание с полпредом Петром Латышевом прошло в «своем кругу».
До Троекуровского кладбища, расположенного на западной окраине столицы, не просто добраться (особенно в будний день), а тут еще и все подъезды к некрополю были заблокированы милицией, которая разворачивала весь транспорт без мигалок, норовивший свернуть в Троекуровский проезд.
Пройдя кордоны исключительно благодаря журналистским корочкам, я обнаружил, что за двадцать минут до начала панихиды, на длинной трассе вдоль кладбища практически негде припарковаться.
Крайняя правая полоса в два ряда была заставлена машинами представительского класса со спецсигналами. Между этих «Мерседесов» и «Инфинити» ловко сновали милиционеры и люди в штатском с рациями, безошибочно разделяя весь транспорт по степени крутизны – одним разрешали въехать на территорию, другим подыскивали парковочное место поближе, третьих отправляли искать самостоятельно куда-то вдаль.
Также по ранжиру разделили и вход на кладбище. Одни ворота были выделены для категории Супер-VIP – туда, не сбавляя скорости, заехало несколько кортежей с особо важными персонами на борту. Другие ворота были открыты для всех желающих принять участие в траурной церемонии, однако и через них публика заходила явно не простая, на 90 процентов состоящая из чиновников и бизнесменов и на 10 из членов их семей.
Еще до начала церемонии мне довелось столкнутся с печальным обстоятельством профессионального толка. Начав фотографировать приближающиеся VIP-кортежи, я был вежливо, но настойчиво остановлен человеком в штатском, который поинтересовался, есть ли у меня соответствующее разрешение на ведение съемки. Разрешения у меня не было и фотоаппарат пришлось убрать насовсем – с сотрудниками ФСО, как показывает опыт, лучше не спорить и про закон о СМИ в их присутствии, равно как и о Конституции, лучше не упоминать.
Не стоит думать, что граждане, пришедшие на панихиду через «обычные ворота» были такими уж «обычными». Недалеко от входа я чуть не налетел на губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя, стоявшего в окружении соратников. Говорят, покойный не был особенно дружен с ветераном уральской политики, поэтому встретить Росселя на похоронах было несколько странно.
Здесь же был замечен и министр образования федерального правительства Андрей Фурсенко. В ожидании, когда откроют церемониальный зал для прощания и панихиды, толпа, одетая как на подбор в дорогие дизайнерские черные пальто, преимущественно молчала. Лишь изредка кто-нибудь перекидывался парой фраз с соседом по живой очереди. Чтобы понять, что волнует представителей правящего класса, пришлось напрячь слух. Разумеется, на первом месте среди обсуждаемых тем была экономика.
«Ну вы как?», – спросил кто-то в толпе позади меня. «Кризис, конечно, коснулся, – не стал скрывать собеседник. – Вот недавно сопровождали сделку, а через банк средства не проходят. Решаем сейчас вопрос».
Еще одной темой, неудивительной, учитывая обстоятельство, было здоровье. «Ну ты как, в Африку собираешься?», – поинтересовался солидный господин у другого господина, не менее солидного. – «Сейчас не выходит, а в следующем году у меня прививка от желтой лихорадки заканчивается. Там же сертификат на пять лет вроде выдают». – «А что с малярией?». – «Ну так от малярии надо же каждый год по новой делать». – «Против малярии же таблетки есть». – «Да знаю, но таблетки на печень осложнение дают».
Ближе к дверям в церемониальный зал кто-то пытался узнать важные новости из Думы по мобильному телефону.
«Ну как они там проголосовали? – спрашивал некто у неизвестного собеседника. – Да? Это обидно конечно… А что там верхняя палата?».
Возле гроба покойного полпреда быстро выросла гора цветов и венков. По лентам на венках вполне можно было изучать географию страны, а также специфику служебной и хозяйственной деятельности усопшего. Покойный полпред Латышев выглядел совсем иначе, чем на привычных фотографиях. Это был не тот случай, когда говорят «словно уснул» или «почти как живой». Он выглядел, как смертельно уставший человек.
У гроба стояли представители высшей государственной власти. От Кремля воздать последние почести покойному прибыл руководитель администрации Президента Сергей Нарышкин. Рядом с ним расположились коллеги покойного – полномочные представители президента в других федеральных округах – действующие и бывшие.
Из известных депутатов Государственной Думы присутствовал полярник Артур Челингаров, стоявший в компании бывшего серого кардинала «ельцинской семьи» Александра Волошина. Эдуард Россель демонстративно встал в стороне от «траурного президиума» позади семьи покойного.
Траурные речи на панихиде были такими, какими и должны были быть на похоронах чиновника высокого ранга. Выступавшие называли смерть Петра Латышева невосполнимой утратой, а самого покойного верным сыном России, настоящим русским офицером. В то же время все прошло сдержано – не было слышно женских рыданий, а в зале никто не пустил скупую мужскую слезу.
Заместитель покойного Владимир Крупкин заявил, что смерть Петра Латышева болью отозвалась в сердцах жителей Уральского Федерального округа и сообщил, что с того момента, как в Екатеринбург пришла печальная весть, к зданию, где работал покойный, идут сотни простых жителей, чтобы выразить соболезнование в связи с утратой.
«Петр Латышев сумел сконцентрировать вокруг себя все ветви власти региона, бизнес и общественные организации», – подчеркнул Владимир Крупкин.
Единственный из выступавших на траурном митинге губернаторов – глава Тюменской области Владимир Якушев вспомнил, что его регион стал последним, который посетил покойный полпред.
«Помню мы ехали в аэропорт, и все дорогу Петр Михайлович шутил, говорил по поводу будущего России. И он запомнится нам таким, с улыбкой на лице».
Бывший полпред президента в Приволжском федеральном округе Сергей Кириенко не смог скрыть восхищения масштабом личности покойного. «Рядом с ним я чувствовал себя не просто более молодым, – заявил Кириенко. – Но и испытывал неловкость от того, что не могу также на сто двадцать процентов отдавать себя работе, как это делал Петр Михайлович».
Еще один полпред – Георгий Полтавченко, в чьем ведении находится Центральный Федеральный Округ, выразил мнение, что его коллега «умер, выполняя ответственную миссию возложенную на него государством». «Пусть московская земля станет тебе пухом, Петр Михайлович», – пожелал печальный Сергей Нарышкин.
Рейтинг статьи: